Записки молодого монаха

Февраль..

Китай считается родиной чайного искусства. Недаром чай здесь называют государственным напитком. С  самых незапамятных времен жители Китая знали толк в  чае и с большой любовью относились к искусству его приготовления и дегустации во всем многообразии сортов этого растения. Многие явления национальной культуры также не чужды пути чая. Начиная с императорского двора, князей и чиновников, ученых мужей и философов  и заканчивая простыми людьми, не нашлось бы никого, кто отрицал бы пользу чая и изысканность эстетики чайной церемонии. Тогда говорили: « У ученого мужа семь ценностей: цинь (имеется в виду музыкальный инструмент), шахматы, каллиграфические прописи, картины,  поэзия, вино и чай». Искусство обращения с чаем связано с Шестью искусствами и почитается с ними наравне как неотъемлемая часть национальной культуры.

Чайный напиток пьют, чтобы утолить жажду тела, а церемонию проводят ради  утоления жажды духа. Порой кажется, что чай мы пьем ради удовлетворения первостатейной потребности, церемония же на этом фоне выступает как требование духовного естества. Густое становится жидким, а горькое – сладким. На самом деле, это единый процесс. Легкая кислинка и  пьянящая сладость,  горечь и вяжущая терпкость сменяют друг друга в круговороте вкуса.

Дегустирующий чай в первом глотке часто ощущает горечь, но в процессе чаепития раскрывает для себя богатейшую палитру вкуса и аромата. К концу чаепития даже само воспоминание о горечи уходит. Для того, чтобы получить истинное удовольствие от чаепития, стоит начинать его в особом настроении и в хорошем расположении духа.

Перед началом церемонии необходимо усмирить мельчайшие волнения своего сердца, только тогда и только так можно устроить хорошее чаепитие. Сама человеческая жизнь порой напоминает дегустацию чая.  Трудно понять ее вкус до тех пор, пока не испил до конца свою чашу, также в шахматах порой трудно  сразу оценить правильность или ошибочность хода. В переливах оттенков вкуса чая или в перестроении фигур на доске, жизнь наша остается игрой. Есть вещи, безмолвно и непрошено приходящие в нашу жизнь и неожиданно находящие в ней свое завершение, но все уже предопределено, все уже было на этой земле. Прошлое и будущее переплетены вечными нитями любви и вражды. Не стоит делать скоропалительных выводов. Ведь все разрешит только время. Нам остается лишь верить Судьбе и ждать того, что она может преподнести.

Жизнь человека – большая дегустация. Не стоит зря тратить отпущенный срок, не стоит попусту выветривать чайный аромат. Потому уж если заварил чашку чая, с должным вниманием оцени вкус и аромат напитка.

Как хорошо порой в уединении сесть вечером у огня, заварить чашу благоухающего чая и внимательно ловить каждое движение неповторимого танца чаинок, которые то опускаются в своей пляске на дно, то взмывают кверху. Кажется, будто тайна мироздания кроется за занавесом этого завораживающего спектакля, нечто неизвестное,  судьбоносное и потустороннее сливается воедино одной лишь чайной чаше.

Распитие чая – великое искусство. Последователи Будды, вкушая его, предаются созерцанию, искатели Дао обретают в чайном листе проводника на своем долгом Пути, тому, кто ищет просветления  и знаний чайный побег нашепчет секрет постижения искусств, для торговца чаепитие – неотъемлемый элемент ведения дел с людьми. Каждому дано свое и каждый ищет своего и в жизни, и в чаепитии.

Пробуя чай, иные говорят о горечи, иные о благоухании. Жизнь человека сама будто чаша зеленого чая, ее горечь придает ей незабываемый аромат, но букет чудеснейших запахов всегда скрывает горькое нутро.

За чашей чая человек окунается в воспоминания, страница за страницей неспешно перелистывает он в книгу собственной жизни, ушедшее оживает ненадолго в настоящем, а мечты кажутся чуть менее неуловимыми.

Никто не скажет, когда все началось, но этот мир почти не изменился. В своем мире мы одни: неохотно делимся мы с другими тем, что творится внутри нас, да и других понять не желаем. Так мы охотнее остаемся в одиночестве и обрекаем остальных на ту же участь.

Когда жизнь моя петляет из стороны в сторону по лабиринту перипетий, я избегаю кофе и пью только чай, ведь он дарует спокойствие и распространяет тонкий аромат,  шелковыми нитями  клубящийся в каждом уголке комнаты и достигающий самых потаенных закоулков моей души. Увлекаюсь до самозабвения, ничего с собой поделать не могу – забываю враз обо всех неурядицах.

Счастье сменяется горем. Кто-то сказал: « Среди мирской суеты есть место любви, великой любви, горячие искры которой не думают потухать. Среди мирской суеты есть место любви, все в жизни связано нитями предопределения» - и ведь что-то в этом есть, какая-то непреложная истина.

Кто не терпел пронизывающего холода, тот не знает запаха мэйхуа. Кто многое повидал, тот многое несет в себе, и не так важно даже радостное или горестное. Я подношу чашку чая к губам, и уже не хочется говорить ни о неудачах, ни об усталости. Жизнь мне преподносит всякое, но это лишь течение ее сезонов в их бесконечной перемене. Уже не быть мне молодым и беззаботным, я узнал цену любви и научился ценить ее. Сколько в мире вещей, за которыми мы гнались, но так и не достигли? В  чаше чая сокрыто целое море жизни, переменчивое и непостоянное, но эта же чаша становится и теплой ладонью, в которой умещается вся внутренность нашего сердца, прикосновение этой ладони успокаивает, расслабляет,  заставляет внутренние бури утихнуть, все возвращается на свои места, ведомое этой волшебной, доброй рукой.

Болезни и страдания?  -А мы уж заждались! Радость посетила – куда нам без нее! На перекрестках жизни встречаешь всякое, и злое и доброе, горестное и счастливое.

Чай, как ни крути, поведал мне о многом, а это очень здорово.  Жизнь человека так на него похожа, да и сам он ей не чужд.

Не сказать, чтобы я постоянно пил чай. Иной раз за целый день, когда окружают заботы, и чашки не выпью, не хочется, но бывает, что глоток сделаешь, а на языке горечь. Но это несерьезно, так, питье. Другой раз и назовешь по-другому. Это уже не глоток на ходу, а целое дело. И вот тогда уже и настрой нужен, и веление сердца, в котором небо и земля сойдутся.

Март..

Чтобы выпить чаю по всем правилам, приходится обращать внимание на множество мелочей, как то уровень элитарности чайного листа, качество чайника, температура воды, длительность заваривания по времени, да и не только на это. Во всех этих мелких частностях я, скажу вам честно, не особо просвещен. Знатоком истории и культуры чаепития я бы тоже назваться никогда не решился, потому не буду в это углубляться. Но и у такого профана как я есть свое понимание, может и не всегда мое мнение совпадает с постулатами пути Чая, но это не мешает мне оставлять его себе и получать наслаждение от самого процесса чаепития. Дегустируя чай, распробовать его можешь в три подхода. Это выглядит так, будто ты поднимаешься на три ступеньки, преодолевая одну за другой. Первая из них – ступень горечи, вторая – прилив аромата, третья спад яркости вкуса и притупление запаха. Если вдуматься, это до крайности напоминает человеческую жизнь: мы упорно идем, пока сильны, через тернии трудностей, достигаем чего-то, добиваемся, а потом все затихает, и мы затихаем под натиском времени.  При чаепитии нужно быть внимательным и упорным, лишь тогда раскроешь вкус и аромат. Разве жизнь не такова? Лишь прилагая усилия, в стремлении и борьбе можем мы распробовать ее.

Не может жизнь всегда идти как по маслу, не бывать ей легкой, помехи и затруднения, горести и преграды никогда не исчезают с нашего пути. Порой создается впечатление, что все задумано именно ради соли слез и горечи тяжелых дней, сама жизнь будто отсылает нас к той горечи, которую приносит первый глоток чая. Сейчас мы молоды, но, обретая опыт, мы растем, развиваемся, делаемся мудрее, смеемся и плачем. Лишь узнав прелесть сладости, тяжесть горечи, легкое волнение кислинки и соль слезы можем мы понять, что это и была и есть наша жизнь.  Через победы и поражения, обретения и потери, улыбки удачи и ее измены, солнечные дни и бури приходит к нам понимание того простого факта, что жизнь – прекрасна. Так ощущаем мы и аромат второго глотка чая, который приходит после горечи. Так мы достигаем зрелости, но лишь опыт всей жизни открывает нам ее истинный смысл, который так слабо различим. Пока мы обуреваемы страстями, об этом надо помнить. В конце уже не так важно сколько раз мы терпели неудачи и сколько раз одерживали победы, сколько именно раз улыбались и сколько плакали, важно лишь то, прошли ли мы через это с честью. Но вот и этот этап мы миновали. Жизнь стала похожа на кипящую воду, без вкуса и запаха, затем огонь иссякает и волны вскоре успокаиваются. После горечи вкуса и сладости запаха наступает момент притупления того и другого, наступает момент, когда мы должны переосмыслить пройденный путь.

Путь чая схож с путем жизни. Путь жизни схож с путем чая. Чаепитие всегда проходит подобно жизни, а жизнь может и не всегда напоминать чаепитие, что делать, она сложнее, ведь нам отмерен век, а чашке чая – несколько минут.

Чашка чая, как хорошая книга, в ней может умещаться кладезь содержания.

Чай – неотъемлемая часть жизни. Любовь к нему как любовь к женщине, постоянна и непреходяща. Может быть только я таков, но в своей любви к этому напитку я могу простить и огрехи заваривания и ошибки в нюансах приготовления, нравится мне по-своему и насыщенный и жидкий чай, но мнение свое я не навязываю.  Без чая как без возлюбленной тоскую я и днем и ночью. В любви к этому напитку принимаешь и горечь, больше скажу, без нее уже и не представляешь себе его. С великим уважением отношусь я к чаю, по прошествии стольких лет стоит лишь заварить его, и вот я уже пленник аромата. В чередовании степеней и беготне по ним я без слов ощущаю душу того, что налил в свою чашку. В этом ощущаю я ценность момента, погружаюсь в воспоминания, подлинная жизнь сердца моего поднимается к поверхности моей души, что это за чувство вы знать не можете, я могу догадываться,  и только чайный лист знает наверняка. Летят мгновения и дни, многие из которых схожи своей пресностью, многое переменяется и исчезает, вечен лишь шаг времени, по его следам утекает все, что было. Остается с нами лишь то, что мы носим в сердце, вы и я.  Простая вода жизни пресна, листьями чая падают в нее наши помыслы и устремления, превращая ее в прекрасный напиток. Нас завораживает игра его аромата и вкуса. Запах разносится по комнате и за ее пределами, а вкус остается внутри. Налив себе горячего чаю, мы легонько на него дуем, легкие волны разбегаются в разные стороны по зеркалу чайной глади, а чаинки начинают свой танец, то сбиваясь вместе, то разлетаясь. Мы пробуем чай, делая первый глоток осторожно, вкус его, подобно поцелую, остается у нас на губах. Мы замираем на мгновение и проглатываем напиток. Теперь же время почувствовать аромат и утонуть, раствориться в нем. И вот мы уже кристально чисты и спокойны, и волны внутри нас улеглись, разбежавшись к краям чайной чашки. В одном глотке одна часть спокойствия, одна часть изящества, часть страсти и часть романтики.

В жизни как в чае все и вся пребывают в вечном танце. Мы как чаинки, которых уносит от гнева к добросердечности, от печали к радости. Жизнь наша кипит подобно свежезаваренному  чаю, листочки которого мечутся туда-сюда, а потом также затихает остывая. Чем горше первый глоток, тем слаще аромат. Окунувшись в волны испытаний и преодолев их, мы с двойной силой ощущаем сладость капли счастья, лучика радости, понимаем, какая это по сути награда.  Длинная жизнь как несколько кратких глотков…так-то. 

Апрель..

Пробуя на чай, можно ощутить вкус жизни, сходство этих двух понятий по сути столь велико, что даешься диву. Жизнь пестра и разнообразна как палитра чайных сортов, чего в ней только не встретишь... Чаи бывают ароматными и посредственными, а жизнь то балует нас радостными светлыми днями, то отдает бесконечной ночи отчаяния. Чтобы почувствовать сладость чая, нужно распробовать сперва его горечь. А жизнь? Разве не тогда лишь открывается она нам во всей полноте, когда за плечами у нас изрядный груз нажитого опыта тяжких испытаний?

« Меч драгоценный и острый —

Точильного камня работы дитя,

Ежедневной и трудной работы;

Сладок цветка аромат,

Но прекрасные сливы

Лишь в холод и зимнюю стужу

Даруют его».

Эти слова написаны именно в честь милой всем нам жизни, в которой ничто не дается человеку вот так запросто. Любовью к ней единой движим хрупкий и нежный цветок, что рождается и раскрывает свои лепестки среди стужи. А если малое растение так переносит все тяготы, то и человеку сдаваться не должно. Вот как часто случается. Хочется быть человеком достойным, но как ни крути, а в самом начале ты пресен, стоит погулять по этой жизни ни один год, познавая ее глубину, лишь тогда обретаешь себя, созрев, словно сочный плод.

Ты, великая любовь моя — дар, что принесен в мою жизнь самим Небом, также и чай дарован нам самой природой. Есть в жизни ты, и полнится тобою жизнь моя, словно солнечным светом, раскрывается и блещет новыми гранями, в любви сокрыт великий источник вдохновения. Она делает слово мое крепким, именно она открыла для меня истинное наслаждение чаем. Любовь к одному человеку раскрыла всему, что назвал я, мою душу. Разве не прекрасно это — любить лишь тебя одну и в этом чувстве находить все краски мира и все грани вкуса? О люди, какие вы разные! Нет стольких сортов чая, сколько вас на свете, и разнитесь вы не менее, чем чайные листья по виду, цвету и форме.

При дегустации чая стоит учитывать множество мелких тонкостей. Взять хотя бы место для чаепития. Стоит подыскать местечко столь же тихое и спокойное, сколь приятное глазу, лучше всего под сенью деревьев, в заповедном садике или в пропитанных мудростью стенах библиотеки. Но это лишь во-первых. Во-вторых, необходимо найти и приятную компанию. Лучший товарищ по чаепитию - тот, кто не любит заводить споров, умеет вовремя смолчать и ко времени согласиться, чья душа добра и светла, а сердце исполнено доброты, кто говорит с тобой запросто. Должно быть двое вас, меньше не годится. Нет, никак не годится меньше, но и более выйдет навряд ли, ведь во всем мире хорошо, если найдется хотя бы один-единственный человек, способный распознать вместе с тобой всю прелесть чайного напитка и ощутить духом тонкую нить довольствия. Кто в каждой чашке и в каждом глотке сможет познать всю нежность вкуса и аромата, остановиться, радуясь чуду одного мгновенья чаепития, ощущая действительный душевный подъем и всплеск бодрости. Вроде ведь просто осторожно прихлебнешь и неторопливо потягивать станешь, а впечатления-то как разнообразны, — не опишешь. Древние говорили, что именно так можно перекинуться словечком с землей и небом и прогнать свои печали. Вот он, творческий полет: хоть стихи сочиняй, хоть картины пиши, игрой цитры наслаждайся или в шахматных сражениях участвуй.

Человеку поверхностному никогда не понять всей прелести чая. Нет и не будет в нем, сколько ни ищи, ни терпения, ни осторожности, с которыми стоит подходить к такому делу, а потому и наслаждения душевной пустоты он не ведает, в душе его слишком много хлама, чтобы хватило места для чайного изящества и утонченного удовольствия. Такой человек годен лишь для винных склок да карточных баталий. А если и дойдет до того, что с таковыми за чашкой чая сидеть станешь, так то себе в тягость, одна нужда. Ведь что им чай? Им лишь бы зельица хмельного прихлебнуть, да сигаретку выкурить. По мне, так эти их забавы лишь раздражают чувства, но именно это насыщает их душевный (душевный ли?) голод, тут уж ничего не поделаешь. Если личности такие в чае и нуждаются, то лишь для утоления жажды, они его лакают, словно непутевые волы, а чай не лакать, не хлестать, а пить надобно. Как кучу денег на табачок дорогой или бутылку вина выкинуть — глазом не моргнут, а чайку хорошего прикупить — так и монеткой лишней поскупятся. Если им достойный чай и попадет в руки, то где уж им оценить его? Ну да хватит о них.

Что ж, если уж взялись говорить о тонкостях и хитростях, так не станем забывать, что посуда, в которой чай заваривается, и вода, что соприкасается с ароматным листом, тоже дело не последнее, и тут  не обойтись без знания строгих правил. Вот, что говорит нам о том известная всем и всеми почитаемая книга «Сон в красном тереме»: «Красавица Миао Юй заваривала цветы и листья сливы, что берегла перед этим пять лет, на талой воде, когда принимала своих дорогих гостей : Бао Юя, Дай Юй и Бао Чай. Пить этот чай полагалось из старинных чаш царственного нефрита». Умудренный тайнами чайного пути Лу Юй в своем «Чайном каноне» писал, что для лучшего напитка употребляют воду, что подарена высокогорным источником, для уступающего ему — речную, а для последнего по части качества — воду из колодца. Лучшая же посуда для заваривания чая — керамическая, за нею следует фарфоровая, остальные же материалы отстают и от нее. Вода и заварной чайник — первые помощники чайного листа на пути к раскрытию всей полноты его аромата и вкуса. Не будь их — ценнейшие сорта оставались бы безгласными в нежном шепоте их душистого содержания.

А человек разве не таков? Ему, чтобы пролить в мире свет своей души, надобно иметь тело, оно необходимо и для того, чтобы мир вокруг также имел возможность ответить человеку. Каждому свое, рыба, например, разве смогла бы плавать и резвиться, не будь воды? Под каким бы небом ни ходил ты, с каких земель ни поднимал бы взгляд к священному чуду  его голубизны, оно везде едино, едины и условия, что могут помочь достичь высот и блистательных успехов : талант и приятная внешность, счастливый случай, умение быть в нужном месте в нужное время, искусство располагать к себе — как ни крои, они везде и всюду совпадают. А последнее из названных умений так и вовсе среди них должно быть первым. А почему? Да разве стоит говорить об очевидном?

Все сорта чая на шесть групп могут быть поделены: зеленые чаи, красные чаи, чаи желтые, чаи бирюзовые, белые и черные. Все они различны характером и духом и требуют различного подхода. Зеленый чай прельщает чистым, свежим ароматом, красный — бодрит дух, желтый хорош своей выдержкой, даже легкое дыхание бирюзового — дурман, белый — чист, как слеза, а вкус черного ни с чем не сравнить. Но кто бы из них ни стал гостем вашей чашки, обращать внимание стоит на четыре вещи, которые важны всегда: форма листа, цвет напитка, аромат и вкус — вот и все они. Взять тот же зеленый чай. Листья его должны быть изящны формой, а получившемуся из них напитку следует по цвету соответствовать названию, ведь к чему звать чай зеленым, если цвет его не таков? Вкусу и аромату его стоит быть терпкими, иначе это и не зеленый чай вовсе. Только если содержание чаши радует глаз, стоит допускать его до языка. Если хоть чего-то из названного недостает, значит не так и хорош чай, что вам налили.

Человек — большая загадка. Что внешностью, что нутром отличаются люди друг от друга. Хотя иной ценитель и знаток по чертам характера, привычкам и манере разговора в момент разгадает, какого ты сорта. Бранные слова говорят как минимум о плохих манерах и неумении обращаться с окружающими людьми, не так ли? Если таков недостаток воспитания у человека, то незнание чайного этикета может привести к тому, что красный чай не будет в чаше красным, зеленый зеленым, а черный вместо аромата будет лишь дурные запахи распространять. Вот вам и премудрость... Есть, над чем поразмыслить.

Май..

Многолетний опыт показывает, что чаи бывают очень разными, они ведь совсем как люди: иные добры, иные злы, иные интересны, другие пусты. Пить знатный чай – наслаждение для дегустатора, дурной же становится сущим наказанием, если попадает в чашку.  Вот  например позовут тебя в гости, хозяева встретят  ласково и заварят чайку от всей души, а на языке вместо чая водица с привкусом плесени, да еще  из чашки пахнет невзначай запахом затхлости. Такое сочетание пробирает, как холод, до самых костей. Сомнительное удовольствие, не так ли? Не то что проглотить – во рту удержать трудно, а выплюнуть положение гостя не позволяет.

Бывает, что и с людьми так получается.  Счастлив тот, кто смог встретить в жизни человека, которого другом назвать не стыдно. Приятно знать, что есть  человек, которому можно сказать слово, душу свою открыть. Но по неосторожности можно и с дурным человеком связаться. Вот уж досадное дело! Каждый бы хотел уберечься от встреч с эдакими порочными субъектами, но куда деваться, Земля-то покамест круглая.

Много тех, кто имеет пристрастие к вину и табаку, любителей чая не меньше.  Но стоит помнить, что пути пристрастия и любви различны. Тот, кто хочет найти свою дорогу на пути чая должен научиться смаковать не только сам напиток, но и удовольствие, которое он дарит, раскусывать крупинки знаний и ощущать тонкий привкус изящества. А для того, чтобы разделить эту радость познания, стоит пригласить на чаепитие друга, человека щедрой души и доброго сердца. Такие люди лечат душевные раны, а здоровье и спокойствие  духа, как известно, являются немаловажными компонентами здравия тела.

За чашкой чая мысли летят быстрее ветра, хороши в это время беседы о Дао и сути человеческой жизни.

В праздник  Тсинмин случилось мне в кругу любителей изящного слова сиживать в чайной «Чистой воды и цветущего дерева», как раз за такими беседами проводили мы время тогда.

И я, на тот момент  совсем еще молодой человек, попивающий холодную воду из большой чаши, сказал, что весь это путь чая, дескать, сущая чепуха.  Все, кто до того часто получал от меня чай в дар и в свою очередь преподносил его мне, были чрезвычайно озадачены.  Они и не догадывались, что сам я его не пью, а просто жене передаю.

Спустя год, аккурат в день влюбленных (имеется в виду не общепринятый день Святого Валентина, а китайский праздник Цисицзе), я был приглашен на свадьбу в город Ухань, что в провинции Хубэй.  Прежде, чем отправиться в путь, я раздобыл чайных листьев в подарок для тамошних друзей и знакомых.  Завидев это, жена моя стала меня бранить на чем свет стоит, я , мол, собираюсь людям подарить то, чему не придаю значения в собственном доме,  а значит непременно обременю таким подарком тех, кому он предназначен.  Я тогда пораздумал и решил, что пусть все же будет чай, например, уаньский  «чай долголетия» (чаншоу). Каково же было мое удивление, когда уже в Ухани мой друг сказал, что маловато я прихватил. После этих слов он поместил на стол пуэр, тегуанинь, кудин  и еще целую кучу чаев и предупредил, что я из-за стола не встану, покуда все это не попробую.  А чтобы дегустация не пропала зря, он принялся объяснять мне, как правильно заваривать и пить эти чаи, как раскрыть вкус каждого из них, словом, передал мне целый воз чайных премудростей. Вот с той-то поры я и полюбил я чай телом и душой,  познал его чудодейственную силу. 

Вернувшись домой, я посмотрел на чайные сокровища, скопившиеся в моем доме и до того обделенные моим вниманием, с совершенно новой стороны. Теперь я был полон решимости использовать их согласно прямому назначению. Мой товарищ-знаток позвонил мне спустя какое-то время и задал следующий вопрос: « Не ты ли хотел свои чайные запасы мне передать? Если так, то отчего до сих пор не отправил?» . Я шутя ответил : «Если уж ты так этого хотел, то открывать мне глаза на чудо чаепития было большой ошибкой с твоей стороны!». Лица его в тот момент я не видел, но голову могу дать на отсечение, что он улыбался, слушая мои речи.

В следующий раз, когда мне случилось оказаться в чайной «Чистой воды и цветущего дерева»,  я уже кое-что понимал в этом напитке. Теперь я уразумел наконец, как кудин становится «изумрудным отваром синих гор». Чтобы вникнуть в эту маленькую тайну, коих тысячи, приобщить свою душу к истинной поэзии чая, нужно пробовать и пробовать, лишь тогда сумеешь привить себе вкус.   В тот раз в чайной одна миловидная барышня не раз пыталась обратить на себя мое внимание, но все ее попытки были тщетны.

О пуэр, его отвар подобен кровавому закату цветом. Решив его попробовать, сперва ощутишь горечь вкуса, а затем сладость аромата – совсем как в жизни.

Хозяин чайной лавки – добрейший души человек, мужчина средних лет, рассуждал о чае весьма основательно.  Объем его знаний и полет суждений заставляли всю нашу компанию задуматься о том, что мы на пути этого ароматного отвара  лишь новички. А как он рассказывал! Стоило ему начать, как мы словно собственными глазами видели караваны, груженные чайным листом и преодолевающие неспешным шагом свой долгий и тягостный путь.  Диву даешься, какими извилистыми путями добирался тот пуэр до наших чашек, само время поставило на боковинке его свертка  свою печать, оценив его исключительные качества. Потому и говорят люди, что пуэр как антикварная вещица или выдержанное вино: чем старше, тем лучше.

Оздоровительные свойства пуэра давно уже стали легендой. Чжао Сюэмин, живший во времена Манчжуров в своем трактате « Травы, возвращающее утерянное» , писал: «Пуэр обладает свойством согревать  душу и тело посредством аромата и вкуса. Он может горчить, но это не беда. Кто пьет его, тому жирное мясо можно есть без вреда, но слабым и худосочным пить его не стоит. Этот горький отвар очищает тело.  По цвету подобен он лучшему черному лаку, даже глоток его бодрит и отрезвляет рассудок. Желудку он также полезен, так как влияние его на пищеварение в высшей степени благоприятно».  Неплохо бы прислушаться к этим словам в наше неспокойное время, когда места, где живем мы, часто оказываются отравлены нами самими. Ученые из Института Медицины Куньмин доказали благоприятное влияние пуэра на человека, им поят даже раковых больных, чтобы помочь их недугу.

Удивительно, ведь сколько  в чаинках, что пляшут в твоей чашке, жизненных сил и энергии! Именно по этой причине пожилые люди так любят побаловаться пуэром. Встретился мне как-то раз один эксперт, так он предлагал целые наборы трав для поддержания жизни и обретения долголетия. Его чемодан с товаром стоил около 3000 юаней, так что вы думаете было внутри? В основном чай пуэр,  гинура да боярышник.  Ничего удивительного, как говорится : «Шеннун испробовал сто трав и излечил семьдесят два яда их соками».

Иные люди частенько ведут беседы, попивая юннаньский красный чай, я же предпочитаю помалкивать.  К чему говорить, когда есть чай, который надобно пить? После второй заварки я чувствую легкую горечь на языке и жар во всем теле, до самых кончиков ушей.  Мне говорят, мол, только глотну – вмиг становлюсь красным, как рак. Но это неспроста. Ведь именно после второго глотка начинаешь чувствовать вкус, а он так разнообразен. Я всегда говорю: «Жизнь подобна чаепитию, ее перипетии подобны смене вкусов хорошего чая, и каждый новый глоток всегда открывает нам нечто новое». 

Июнь. .

Если мне приходит в голову порассуждать о жизни, не могу я обойти стороной тему чая.

Чаепитие наполнено дыханием церемоний, его аромат - отзвук обряда. Путь чая является также и дорогой жизни, которая тянется вперед в обрамлении тропинок дружбы. Чайный напиток пестует жизнь, для достижения такого благотворного эффекта нужно сделать лишь три шага. Первый из них – заваривание чая, второй – наслаждение цветом (мало уметь заварить и выпить, истинный ценитель чая должен уметь заметить прелесть формы, не забывая о кладезе содержания), третий – дегустация; сделай лишь три шага, этот короткий и сладостный путь ведет к укреплению здоровья и дружеских уз. Стремясь стать более искушенным в правилах чаепития, невольно развиваешь чувство прекрасного и воспитываешь дух. У изумрудного напитка также есть и свой этикет, который нужно знать.

Чай как напиток начал свое триумфальное шествие по Миру именно в Китае. Уже в эпоху Тан и даже ранее чай открыто называли «живительным отваром». В танских «Записках о виденном и слышанном» говорится: «Путь Чая есть путь великий, ни Сын Неба, ни его сановники не отвергают его». Эти слова — одно из наиболее ранних литературных свидетельств, касающихся Пути Чая. В те времена торжественный прием, на котором подавался свежайший, только что собранный чай, становился весьма заметным событием цикла общественной жизни. Еще Лю Вен в своем произведении «Три вида чая и три месяца» , используя самый живой слог, воспел изящество обстановки подобной чайной дегустации и изысканность вкуса чая самого первого сбора. Во времена Тан и Сун к ритуалу заваривания и дегустации чая относились в высшей степени серьезно. Верное течение этого непростого процесса направлялось множеством предписаний и законов, которые было принято называть «чайным этикетом». Правила могли меняться в зависимости от того, в какой обстановке проводилась чайная церемония. Этикет предусматривал три группы правил, ориентированных на три основных вида обстановки чаепития: торжественный прием с дегустацией чая при дворе, чайную церемонию в стенах монастыря и чаепитие благородных мужей.

Знания о целебном воздействии чая на организм человека имели достаточно широкое распространение уже тогда. Император Чжао Цзы, например, был заядлым любителем чая. Он небезосновательно полагал, что этот напиток крайне полезен для душевного здоровья, т к имеет свойство высвобождать душу из оков обыденности и умиротворять, а также будить интерес к жизни. « Что можно сказать о чае? Ни с чем не сравнимые богатства лежат на дне самой маленькой чаши этого напитка, сколько изящества в одной лишь капле! Чайный отвар сравним с эликсиром жизни, он прогоняет болезни, а ум очищает от пагубных, гнилостных мыслей. Позволь аромату его вести твой дух к источникам моральной чистоты, спокойствия и мира. Даже людей недалеких чайный напиток делает достойнее и выше. Он приносит сердцу утешение и спокойствие и вдохновляет на дела благородные» - таковы слова самого императора. Непоколебимость моральных принципов, нравственная чистота, философская просвещенность — вот те тропы, что ,соединяясь в Пути Чая, приводят человека к чуду духовного роста, полета духа, заставляют родник жизни питать бренное тело. Нужно лишь приобщиться к искусству дегустации, воспринимая ее как священных обряд. Это весьма благородное дело и благодарный путь, одаривающие идущего по нему щедрыми подарками.

В «Записках сумасшедшего об удивительном Уишаньском горном чае» Линь Чши говорит о четырех истинных добродетелях Пути Чая: мире(гармонии), спокойствии, радости и истинности. Все эти понятия названы им неслучайно, ведь мир и гармония составляют самое сердце философии чая, спокойствие и умиротворение никогда не переставали быть основным способами продвижения по тернистому Пути Чая, радость являет собой вершину чувственного восприятия в рамках данной философской концепции, а истинность в значении «познания истинной сути вещей» есть цель всего этого пути.

Один товарищ, сам являющийся хозяином чайной(он-то в чае кое-что понимал, вы уж поверьте), поведал мне такую историю:

«Знавал я одного почтенного чиновника. Как-то раз, значится, закончил он свои труды и собрался восвояси. На дороге, возле того самого здания, где приходилось ему работать, увидел он водителя, который обычно доставлял его куда следовало по служебным делам. Водитель если и увидел героя нашей истории, то никак этого не проявил. А чиновник так расстроился, что его важному чину почтения должного не оказали, что все никак не мог этого снести. Вскоре, поговаривают, скончался он. Отчего? Да от расстройства да важности! А я что говорю? Вот если бы имел он привычку чай пить — по сию пору ходил бы себе под Небом живой да здоровый. Ведь чай как на человека влияет? Он устойчивым его делает к мелким проказам судьбы, на высокие чины и блага всяческие заставляет философски смотреть; кто в чаем умудрен, знает, где несчастье поджидает и счастье таится. Такой человек в самый счастливый момент не забудет о черном дне и в полдень не сбросит со счетов полуночную мглу. В минуты успеха нужно уметь оставаться скромным, а прыть свою сберечь для борьбы с неудачами, которые еще не преминут пожаловать. Откуда я все это взял? Каждую из этих истин подарил мне Путь Чая. На Тайвани, кстати сказать, чайными добродетелями были названы чистота, почтительность, радость и истинность», - О последней части его истории, как я думаю, стоит сказать отдельно.

В начале мой товарищ заговорил о чистоте. Что же имелось в виду? - «Одним этим словом, если вдуматься, сказано многое. Ведь в нем одном содержится и честность, чистота помысла, спокойствие и безмятежность (рассуждения автора здесь опираются на игру слов, т. к. иероглиф «чистота» является составной частью всех названных слов). Нужно помнить, что путь чая учит не порядку в доме и чистоте полов, а приводит человека к счастью очищения духа(здесь также имеет место игра слов, т к иероглиф «чистота» входит как в слово «гигиеническая чистота», так и в слово «чистота помыслов»). Идущий по пути чая исследует границы своего духа, забредая в самые темные его уголки, он познает спокойствие и тишину, вершины очищения души и глубины стыда, в круговороте ощущений он пробует на вкус изюминку тайны, скрытую в каждой чашке чайного напитка». -

Теперь стоит осветить роль почтительности в системе философии Чая:

««Кто чтит все живое, что окружает его, не имеет равного себе на пути Дао». Почтение к другим зовут уважением, почтение к себе зовут внимательностью. Еще Чжу Цзы писал в трактате «Преданность делу» : «Уважение, выказанное на словах должно быть подкреплено глубоким душевным порывом. Искреннее уважение можно заметить и в манере поведения, и в осанке, не стоит допускать и мысли о попытках проявления фальши. Люди должны уважать друг друга. Не стоит сплетничать хозяевам о гостях и гостям о хозяевах дома, обсуждая каждый шаг и взгляд ближнего. Человек, знающий, что есть истинное уважение, не допускает вульгарных, низких и пошлых мыслей; он обладает умением очищать свои помыслы. Когда люди собираются под одной крышей, чаепитие и гостю и хозяину принесет лишь пользу, ведь вкус и аромат напитка соединяют обоих». Заметьте, не я это сказал!

Поговорим же, друзья-товарищи, о радости. «Кто радостен, тот светел, спокоен духом и Небом награжден», - как видите, это словцо также богато внутренним содержанием. Привкус сладостного чувства рождает интерес к окружающему миру. Кто в минуту, когда слезы сочатся из глаз, ощутит сладость чая, утешится и улыбнется. Сладость чая, принося человеку радость, способна пробудить в нем интерес к жизни, раскрыть непознанные глубины его души и побудить к поиску новых областей познания. Именно она, радость смягчает наши сердца, заставляя прекращать ссоры и прощать обиды. Кто познал радость и обрел счастье в душе своей, не станет кичиться на людях, он скромен, спокоен и доволен.

Теперь настает черед истинности.

Значение этого слова лучше всего раскрывают такие понятия, как «правда» и «мудрость» (оба эти слова содержат иероглиф «истина, истинность», «мудрость» в данном контексте имеет значение «истинное знание»). Кто познал истину, тот не гонится за призраками материальных благ, что способны заманить человека в такие закоулки, где беды растерзают его дух, он лишь следует за своим естеством тем путем, который начертало ему Небо. Он не останавливается на достигнутом и стремится углубить свои знания. Он знает, что Путь Чая предназначен тому, кто оттачивает свой ум и развивает способность к интуиции, тому, кто в поисках духовных богатств живет простой и скромной жизнью».

Согласитесь, мудрые слова он говорил. Множество полезных свойств есть у чая, одно из них, как нетрудно догадаться, пробуждение творческих порывов. Мы с сотоварищами не то чтобы совсем уж великие благородные мужи, но искусствам не чужды. Своими стараниями мы украсили чайную каллиграфическими надписями и рисунками. Теперь всякий пришедший может полюбоваться на свитки и картины, проводя время за чашечкой чая. Чувствовать прикосновения красоты и изящества глазами и душой, не это ли есть наслаждение?

Июль..

Человеческая жизнь напоминает чаепитие, есть в ней и сладость побед, и кислинка новых ощущений, соль слез и горечь поражений. Соль и сладость, кислота и горечь, кто понял суть четырех вкусов — открыл себе дорогу к долголетию. Все вышесказанное — не единственный порыв, на который вдохновил меня чайный напиток. Любовь к чаю сродни любви к искусству, познавая чай, приближаешься к постижению природы человека и мира, окружающего тебя, пробуешь жизнь на вкус.

Жизнь полноводна и кипуча, а вода в чашке чая чиста и прозрачна.

Чаепитие действует на тело и душу человека подобно обряду очищения, из нашего разума словно отфильтровывается все приходящее и ветреное, смывается внешний лоск, остается лишь то, над чем действительно стоит поразмыслить.

Чайная церемония дарит особое настроение, она утоляет жажду тишины, ее таинство рождает в душе человека желание сказать доброе слово, она утоляет печали и приносит радость, позволяет забыть о суете. Человеку стоит помнить о том, что «из всех радостей, какие окружают его сейчас, завтра могут остаться лишь воспоминания» (автор приводит цитату из классического романа «Сон в красном тереме», буквально переводимую как «После тысячи радостей остаются слезы, от десяти тысяч утех остается единая скорбь»).

Свежесть вкуса чая всегда навевает воспоминания о весне, ведь какой бы сезон Вы ни изберете для чаепития, на дне своей чаши вы обнаружите лучик весеннего солнца.

Сидя за чашкой чая в одиночестве в своем доме, присмотрись по-внимательнее к этому напитку, к тому замысловатому танцу, который чайные листья всякий раз имеют обыкновение исполнять при заваривании. Для того, чтобы аромат и вкус чая могли радовать ценителей и любителей, заваривать его должно в кипятке, что весьма символично, ведь и человеку, чтобы раскрыть свои таланты и проявить себя, тоже нужно проходить через своеобразный процесс «заваривания».

Тут и говорить не о чем. Из жизни человека, что соли и сладости жизни не узнал, горечи на вкус не попробовал хорошего напитка не выйдет, — одна вода.

Каждый прожитый день обдает нашу душу крутым кипятком жизни. Но подобно тому, как вода заполняет чашу и чаинки оседают на дне, так и мы принимаем все то, что уготовано нам судьбой с открытым сердцем и лишь тихонько улыбаемся, глядя на получившийся отвар.

Можно создать для каждого человека такую обстановку, в которой невольно рождаются покой и радость. Например, если даже в самую дождливую ночь в комнате приветливо потрескивает огонек, воздух заполняет аромат свежезаваренного чая, а на столике ждет своего часа свиток хорошей книги, невольно умиротворяешься. К такому изысканному купажу остается прибавить лишь приятного собеседника, а лучше даже собеседницу.

Люблю я чай, что уж отрицать. Хорошо найти себе в жизни такое занятие, которое бы было логичным продолжением Вашей природы, чаще получается иначе, но уж как получается. Пока на языке чувствуется лишь горечь, процесс еще нельзя назвать дегустацией, ведь нужно ощущать не только вкус, обонять гамму ароматов не менее важно, лишь совмещая эти процессы можно действительно распробовать содержание своей чашки. День, прожитый без чашки чая, кажется мне пустым и безвкусным.

Хорошо в тихом уединении темной, непогожей ночью заварить себе чашечку чая и устроиться поудобнее у окна. Когда за стеклом во всю бесчинствует ветер, а капли дождя все настойчивее барабанят по стеклу, пар, поднимающийся над чашкой, кажется благоухающим магическим туманом, в котором могут запросто заблудиться мысли о безнадежности жизни и тоска со всею своей свитой; но клубы его всегда расступаются, освобождая надежде путь к человеческому сердцу. А чаинки все пляшут и пляшут на дне, перебегая то туда, то сюда; не это ли хаос, пришедший к высшей гармонии прямо в Ваших руках?

Стоит только сделать первый глоток, как несколько горьковатых капель упадут на язык, чуть смочат зубы, словно края фарфоровой чашки, а потом утекут в горло, оставив по себе лишь легкое послевкусие. Аромат чая к этому времени уже успевает распространиться вокруг и, оставив след на губах, проникает в полости тела и души, в недрах которой начинает таять лед равнодушия. Ни с чем не сравнимый покой окутывает дегустатора и тех, кто разделил с ним волшебный момент чаепития, все участники этой мистерии, сами того не замечая, погружаются в состояние некоей нирваны, своеобразного чайного опьянения. Горечь вкуса и сладость аромата... До тех пор, пока не проглотишь первые горькие капли, не узнаешь истинной сладости аромата. Вся наша жизнь такова, после горечи слез и поражений, улыбки прекрасной Фортуны кажутся нам гораздо светлее и дороже.

Горечь вкуса быстро растворяется, уступая место приятному аромату, который долгое время не отпускает тело и дух из своих объятий. Также и важные для нас слова и события, происходящие в течение жизни: они могут быть сказаны кратко или произойти мгновенно, но их отзвук в наших сердцах еще долгое время направляет и питает нас.

Дегустируя чайный напиток, важно правильно дать оценку его вкусу, цвету, запаху и форме листа. Истинный ценитель не стремится проглотить скорее всю чашку, он долго смакует ее содержимое, пытаясь прочувствовать вкус каждой капли. Например поэт эпохи Тан Лу Тун как заядлый любитель чая в красках описывал в своих стихах все грани вкуса отвара, полученного из самого молодого листа.

Человек — вечный странник, чаепитие для него — это одна из радостей, скрашивающих долгий и утомительный жизненный путь. Иметь под рукой хороший чай и пить его, когда вздумается, - это ли не счастье, хотя бы и небольшое?

Вспомнился мне обычай чайных домиков юга. Там помимо чайника и чашки на стол перед Вами непременно поставят соленые огурцы, орешки, вареные овощи и бобы. Чаепитие так легко превращается в застолье. Особенно по нраву это обычай заезжим людям, у которых при таком положении вещей появляется возможность передохнуть и посудачить о своем.

Хорошо, когда в чайной для достойного напитка припасены изящные чашки, а аромат чая чуть приправлен напевами цитры. Такое сочетание вкусов, запахов и звуков успокаивает, душа человека, словно лодка, дрейфующая в спокойных водах озера, где даже волны не возмущают зеркальной глади, лишь ветерок дунет пару раз, отзовется его дыхание легкой рябью, и опять тишина.

Случилось мне однажды испробовать чай апо (местный сорт китайского чая, выращиваемый и продаваемый на южном побережье Китая). Вкус его был весьма необычен, ибо он оказался насыщеннее и крепче красного чая, а цветом не уступал яркости изумрудных оттенков зеленого. Сами разговоры об этом чае рождают воспоминание о маленьком городке, его низких домиках, крытых черепицей, тех местах, где я, попивая апо, не отрываясь смотрел на недалекую бухточку, по которой неторопливо плавали вереницы рыбацкие лодки. Я тогда словно не замечал более ничего, только смотрел на бухту и пил чай, временами откусывая кусок дыни или разжевывая несколько бобов.

Этот сорт чая казался мне отколовшимся кусочком чайной традиции, которая мало доступна современным мне людям и следы которой затерялись где-то в далеком прошлом. Дух ушедшего времени, особенно таких его осколков, притягателен и пленителен. Сам простой и безыскусный, но при этом насыщенный и полный классической изысканности вкус чая апо как нельзя лучше отражает саму суть Цзянаня - тех мест, где его вырастили.

А что за чудесный сорт те гуанинь! Его аромат, нежный, как прикосновение лепестка лотоса, кажется, остается на губах и зубах еще до того, как успеешь почувствовать его вкус, который совершенно невозможно забыть и с чем-либо спутать.

Те гуанинь — это воплощенный в форме чайного листа легкий сон, в котором не ищут пробуждения. Эта легкая чайная дрема часто рождает вдохновение, ибо идет оно дорогой божественного аромата этого напитка, пролегающей среди девственных лесов и красивейших горных пейзажей. У этого волшебного сна свой особый язык, понять который может лишь сновидец. Лишь тот, кто испытал это, может рассуждать об этом сорте чая. Можно долгое время просидеть с чашей те гуаниня в одиночестве, бродя по извилистым тропкам своей души, перешагивая через ручейки некогда пролитых слез. Тот, чье сердце и разум одурманены этим чаем, не отличает часа от минуты, время для него перестает существовать, бесконечно может он смотреть на озерную гладь и облака, отражаемые ее поверхностью, ловить взглядом капли дождя и не вспоминать о том месте, откуда пришел. Лишь величественные горные пейзажи, укутанные пеленой тумана, проплывают перед его очарованным взором.

Август..

В предыдущем своем очерке я много времени посвятил рассказам о различных чаях, было бы странно, если бы я вдруг позабыл сказать хоть слово о пуэре, который заслуживает отдельного разговора. Это благородный сорт чая. Свежезаваренный пуэр имеет цвет красного вина, блики на поверхности его отвара подобны блеску жемчуга. Если наполнить пуэром прозрачную чашку и взглянуть на свет, напиток приобретет окрас лепестков розы. Пить его стоит небольшими глотками, наслаждаясь каждым из них. Вкус хорошего пуэра мягок, но еще до того, как чай заварится, комната наполнится его терпким ароматом. Я не просто так сравнил хороший пуэр с красным вином, он может опьянить не меньше.

Уже не раз случалось мне говорить о том, что ход чаепития напоминает течение человеческой жизни. Глоток чая оставляет долгое послевкусие, сказанное слово и через годы эхом отдается в наших сердцах. Пуэр напоминает человека, прошедшего сквозь длинный и запутанный лабиринт жизни. Изящество его вкуса обусловлено долгой и тщательной обработкой чайного листа, из которого сотворен этот чай. Пуэр до заваривания кажется мертвым, но стоит добавить небольшое количество горячей воды, как его запах и вкус оживают. Таким же образом ласковое слово, сказанное человеку, пробуждает все лучшее, что сокрыто в его душе, «капля добра пробуждает для роста и цветения зерно добродетели». Люди, дегустирующие чай, различны по своей природе, как знать, может каждый из них, в чае, заваренном в одном чайнике, ощущает разный вкус?

Я помню одно чаепитие на берегу Си Ху. Места эти необыкновенно красивы, они пленяют взор. Виды тамошние завораживают и во время прихода весны, когда воды озера сверкают, точно хрусталь и цветы улыбаются юными бутонами солнцу, и в зимнее время, когда все замирает под порывами холодного ветра. Любой камешек здесь словно застывшая песня, каждый звук которой до сих пор волнует сердце, оставляя после исчезновения последней тени напева сладкое чувство полного покоя.

Когда весенняя заря касается каждой травинки и деревца, или тихий дождик рассыпается кругом бриллиантовыми каплями, ничего нет лучше, чем наблюдать за этим чудом природы в тишине, когда ясно различим даже тишайший звук падения лепестка, с чашей чайного напитка в руках.

Чайные листья уже заварились и ,гонимые неведомым ветром, кружат внутри чайника, каждая капля получившегося напитка несет на себе отпечаток Ци. Высшее благо бессловно (здесь употребляется не случайное сочетание слов, а древняя пословица), потому-то, наблюдая чудеса красот природы, вкушать сокровища чайных коллекций следует в тишине.

В те достопамятные времена я именно так сидел в тиши, увлеченный переливами вкуса. Каждый глоток тогда был для меня как небесная песнь, льющаяся без единого звука, будто отвар в моей чаше получен был не из листьев, а из звонких и сладостных нот, подаренных струнами древней цитры. Казалось, что мои мысли уносятся вскачь без моего вмешательства, я же отпускал поводья и просто позволял им как хорошим лошадям направлять свой путь туда, куда они сочтут нужным. Так или иначе, эта «прогулка верхом» завершалась подле глубокой пещеры, в которой обитали мои думы о человеческой судьбе.

Что ни говорите, а для хорошего чаепития нужно совершенно особое настроение. Когда чайные листочки тонут в кипящей воде, на лице само собой появляется выражение спокойствия и радости, лепестки человеческой души раскрываются и тонкой струйкой вливается в нее равнодушие к земной славе или безвестности, золотым горам и праху бытия. Жизнь длинна и сложна, чтобы не уронить своей чести, должно вести себя просто, без напускного лоска, но с достоинством.

Когда чаинки только-только обдают водой из горячего чайника, они в смятении начинают кружиться возле самой поверхности влаги. Пока мы увлечены круговоротом происходящих вокруг событий, наши мысли подобны упомянутым чаинкам: в полном беспорядке мечутся они, не давая нам покоя. Но стоит испить пару глотков хорошего зеленого чаю, как вся дневная сумятица в голове «оседает на дно», давая человеку возможность вздохнуть с облегчением.

Чай, как считали древние, это эликсир времени. В одном чайнике можно заварить все четыре времени года. Облачка пара над чашкой клубятся и тают, обозначая своим движением неспешные шаги улетающих часов, в движении их нет ни суеты, ни поспешности, ни резкости. Но в этой безмятежности таится сама сила жизни, впитываемая человеком с каждым глотком чайного напитка.

Дегустация чая относится к разряду тех дел, совершая которые человек вольно или невольно может принести себе пользу. Но чтобы достигнуть такого эффекта, нужно иметь вкус к чаю. У кого нет его, тот не сможет познать истинного освобождения, которое способен подарить этот напиток человеческой душе.

Я всегда говорил, что в жизни нужно пить чай, притом хороший; чем больше, тем лучше, ведь век наш, если задуматься, не так и долог. Стоит мне заговорить об этом моем маленьком правиле, как сразу на ум приходит «круг трех чайных чайников» прекрасной Миао Юй( имеется в виду героиня романа Цао Сюэциня «Сон в красном тереме», ее имя Миао Юй означает «Прекрасная яшма»). Любопытный читатель может разыскать правила этого круга в сороковой главе романа. Героиня Цао Сюэциня считала нужным выказывать весьма внимательное отношение к порядку, в соответствии с которым проводится чаепитие. Она придавала количеству завариваний чайного листа весьма большое значение и излагала свои взгляды на эту тему в достаточно резкой форме: « В первый раз чай заваривают ради проведения церемонии и оценки вкуса, что остается после второй заварки — вполне сгодится для утоления жажды простолюдина, а третья же потребна разве что для того, чтобы скот поить». Надеюсь, мой читатель не примет эти слова гордой барышни близко к сердцу. Лично я не сторонник этой дворянской чайной заносчивости, ведь нам каждый день требуются совершенно разные ощущения. Иногда хочется глотнуть самого обычного зеленого чайку без изысков, а в другой раз посидеть за чашкой чая посолиднее и посмаковать. Главное - не перебарщивать ни с чем, ведь от этого теряется даже вкус самой жизни . Вот, что говорит об этом народная молва: «Излишек ни чуть не лучше недостатка: если тому, кто не имел ничего, подарить разом все радости жизни, они вскоре обесценятся в его глазах, тому, кто позабыл о голоде, не испытать уже наслаждения пищей, пусть и самой изысканной». Все углы этого мира увешаны мишурой фальшивых благ, за которыми готов погнаться каждый, люди пускаются в этот бешеный забег, который вовлекает их в бесконечный круговорот славы и позора, чести и бесчестья, холода и жара. Лишь тот, кто умеет довольствоваться малым, может найти среди этих бурных потоков и волн свой островок спокойствия и постигнуть истинный смысл жизни во всей его глубине. Каждый должен уметь кропотливо искать выход из лабиринта жизненных злоключений и быть единственным капитаном корабля своего сердца, плывущего сквозь бушующие волны моря человеческих страстей. Лишь тот, кто прошел испытания до конца, обретает истинные сокровища духа и встречает счастливую судьбу. Лишь тот, кто прочувствовал горечь первого глотка, сможет ощутить сладость последующих.

Еще во времена Тан Лю Чендэ ,человек ,между прочим, очень неглупый, говорил: « В чайном напитке содержится десять добродетелей: он помогает угомонить гнев, он прогоняет сонливость, каждая капля чая пестует сам жизненный дух, чайный отвар способствует исцелению болезней тела и поддержанию его здоровья, он помогает человеку оставаться человечным, он делает нас терпимее, чтобы мы могли быть почтительнее к окружающим, этот напиток воспитывает чувство прекрасного и является проводником на пути к истине Дао, кто умудрен в чае, тот сможет закалить волю, ведь в том она крепка, кто собой владеет». Эти слова лишь вновь подтверждают не раз и не два уже высказанное утверждение о том, что чай в Китае давно перестал быть просто напитком, который служит лишь для утоления жажды, он обрел статус общественной, культурной и даже чувственной ценности, ведь считается, что «кто умудрен в чае, тот близок Естеству , он понимает саму суть жизни и потому любовь его к ней особенно горяча; а кто сумел полюбить жизнь, тот уж не станет кидаться во все тяжкие и сумеет слепить из себя нечто достойное».

В чайном каноне сказано: «Лишь достигший высот духовного роста способен постигнуть суть чая».

Путь Чая сочетает в себе изящество высокого искусства и таинственность мистического ритуала. Тот, кто ступил на него, обязан продемонстрировать истинную свою суть.

Эпоха сменяла эпоху, блистала великолепием Тан, гремела Цинь, сияла Мин, а философы и ученые мужи все не переставали рассуждать о том, как стоит обращаться с чайным листом, какую воду использовать для приготовления напитка и долго ли стоит держать ее на огне, в какой посуде чай заваривать, а из какой пить. Споры о высоких материях являются неплохим упражнением для ума, но не стоит забывать о том, что родниковая вода и фарфоровая посуда сами по себе не имеют к Пути Чая никакого отношения, они становятся его компонентами лишь в руках того, кто познал истинную ценность чайного напитка Тут, как и в жизни, не стоит терять из виду совершенство сути, отвлекаясь на красоту формы. Жизненный путь тернист в частности, но прост по сути; Путь Чая извилист, но цель его ясна. Чаепитие являет собой кальку человеческой жизни, а жизнь частенько дает нам повод устроить чаепитие.

Жизнь кажется нам бесконечной в дни страданий.

Мы подолгу вспоминаем горечь первого глотка.

Жизнь кажется нам скоротечной в минуты радости.

Часы наслаждения настоящим чаем кажутся нам мгновениями.

У Пути нет конца.

Виньетка

Сентябрь..

Умение насладиться хорошим чаем по сути сродни искусству жить.

Вкус настоящего чая проявляется с первых глотков и долгое время не покидает рта. Скука и обыденность, апатия разрушают человека, они противоестественны. Кто отведал все яства — теряет аппетит, а вместе с ним и радость насыщения пищей, перед ним можно расстелить скатерти и разложить изысканнейшие кушанья, о ни один кусок не покажется такому лакомым. Кто пресыщен жизнью, перестает ощущать дыхание бодрости и порывы чувств, тайны новых открытий не влекут его более.

Вокруг нас кипит жизнь, своим нескончаемым багровым потоком («багровый поток» - метафора, обозначающая у автора каждодневную суету во всей ее беспощадности к внутреннему миру человека) кидает она наши судьбы от берега к берегу, нырнувшему глубже обещаны неземные богатства и слава, но кто позарится на них — будет унесен на самое дно коварным водоворотом.

Лишь тот, кто умеет довольствоваться малым и не желать ничего кроме того, что имеет, может выйти из этих обманчивых вод на верную и твердую землю и найти успокоение. Лишь тот, кто не ленится дотянуться до верхних веток, получает лучшие плоды. Лишь тот, кто оставил позади багровую реку, отыщет на тихом берегу ответы на самые важные вопросы и сможет испить из ключа истины. Вам кажется, что эти рассуждения — отвлеченная игра моего воображения? Все, что я успел сказать о жизни, не чуждо Пути Чая.

Чаепитие не просто схоже с самой жизнью, оно может научить грамотно выстраивать ее. Чай — чудеснейший напиток, он дает нам успокоение для поиска верных решений, смывает пелену с наших глаз, и мы перестаем замечать мнимую важность злата и славы, мы замолкаем...

В Хунани есть известная на весь Китай пещера Лилового света, в одной из ее подземных комнат на стене есть надпись, гласящая:

«В чаше нефритовой влага небес —

Это роса, что с ладоней Бессмертных упала,

Кажется, что не водою, а светом наполнена чаша.

Вот и заря разгорелась,

Ее каждый лучик играет на дне,

Где распускаться уж начали

Чая жемчужные почки».

Не это ли само изящество вкуса и тонкость момента дегустации, воплощенная в живом слове?

На стенах чайной беседки, что расположена неподалеку от одной из горных троп, что вьются вокруг горы Чжухай, что в Гуандуне, также есть одна любопытная надпись:

“Прекрасны горы и чиста вода,

Улыбка на лице твоем сверкает,

Души твоей ничто здесь не обременяет,

И хороводом мысли носятся туда-сюда».

Эти слова как нельзя лучше описывают наслаждение простыми радостями жизни, вдали от погони за чинами и золотыми горами.

В городке Цюаньчжоу, что в провинции Фуцзянь, есть маленькая чайная, где также имеется прелюбопытная и весьма своеобразная надпись в виде барельефа, служащая украшением данного заведения.

“О, райский уголок,

Где всем довольно места,

Ведь здесь циновка есть и для меня!

Здесь живы и легенды о героях,

Судачат громко тут о древних разговор,

О дне сегодняшнем тихонечко толкуют,

Текут речения, напиток чайный льется в чаши».

В стихотворении упоминается о диалогах на тему древности и современности, которая именно в этой чайной, как я понял, обговорена во всех аспектах, вдоль и поперек, примечателен сам тонкий юмористический намек автора на различие в тоне, в котором обсуждается день сегодняшний и вчерашний.

Танский ученый муж Лю Чжиде приписывал чайному напитку десять добродетелей и полезных свойств, если верить его утверждению, то чай способен: остужать гнев, как бы глубоко он не скрывался в человеческом сердце, рассеивать дремоту, пестовать энергию жизни, отгонять болезни и укреплять здоровье тела, в человеческой душе взращивать ростки человечности и уважения к окружающему миру во всех его аспектах, служить проводником на пути Дао, оказать помощь тому, кто хочет сделать свою волю крепче стали и просто прививать хороший вкус. Что ни говори, а уже тогда в хорошем чае и его воздействии на человека кое-что понимали. Чтобы утолить жажду достаточно воды, но чайный напиток не только тело питает, но и душу.

Говорят, что кто хорошо разбирается в чае и тонкостях дегустации, тот лучше ощущает естество; кто лучше ощущает естество, тот сам открыт, бескорыстен и честен; а кто бескорыстен, честен и открыт, тот может во всей полноте познать мир вокруг и саму суть жизни, прочувствовав их и полюбив всей душой, тот становится человеком высшей морали и достигает истинных вершин полета духа. Кто может чувствовать душой, тот не станет отрицать сходства между чаепитием и человеческой жизнью.

У человека множество лиц, у чая множество видов. Чтобы чай заварился, его нужно обдать кипятком. Чтобы истинные качества человека нашли свое проявление, должно выдержать испытания. Счастлив тот, кто сумел весь долгий и извилистый жизненный путь пройти сохранив сердце чистым и открытым, дух спокойным, а взгляд незамутненным, кто не изменил себе и своей природе, тот достоин высшей похвалы.

Чай заварен, и листочки в чашке начинают свой непредсказуемый танец, а аромат разливается по комнате невидимыми потоками, вот оно — обыкновенное чудо чаепития. Жизнь не менее запутана, чем неистовая пляска чаинок; где добро а где зло, где ложь, а где истина? Чтобы найти ответ, нужно иметь вкус умудренного дегустатора.

Чень Маопхин (китайская писательница и философ, часто скрывающаяся под псевдонимом «Комок шерсти») говорила о человеческой жизни и чае примерно следующее: «Есть всего три пути: первый — путь страдания в его горечи, второй — путь любви в ее сладости и третий путь — путь лишенный вкуса». Лично я никогда не понимал и не пойму тех, кто избрал для себя третий путь.

После того, как пустеет чаша, остается немного времени, когда физический конец чаепитию уже подошел, но душа человека еще не вернулась из своих очарованных странствий, эти мгновения принято посвящать размышлениям об извилистых поворотах Пути Чая. Волшебный напиток, что ни говори...Чай может быть таким же терпким и хмельным, как хорошее вино, но не имеет резкого запаха, вкус его мягче воды, но лишен ее бесцветной пресности и пассивности. Нежный, благоухающий аромат чая дарит человеку сладостное чувство внутренней гармонии. Если мы хотим описать внутренний мир благородного мужа, то говорим о красоте духа, когда же речь идет о вкусе и аромате чая, мы называем его «внутреннюю красоту» богатством содержания.

Дегустация нового сорта чая очень напоминает встречу с незнакомым человеком, который постепенно становится Вам другом. Глоток за глотком пробуем мы свежезаваренный чай, пытаясь как можно лучше распознать неизвестный доселе запах и вкус, слово за слово узнаем мы человека. В обоих случаях понимание, чувство симпатии и привязанности приходят постепенно. Понимание без слов не может родиться в первый день, с первого глотка нельзя ощутить все изящество вкуса, способное согревать душу; но кто испытал описанное мной — ввек того не забудет.

Иные говорят, что по тому чаю, который человек употребляет, можно многое о нем сказать, но я это утверждение считаю скорее высокопарной фразой. Чай сам по себе напиток весьма популярный, но это не значит, что всякий, кто его пьет, хорошо в нем разбирается и находит специально именно то, что всецело ему под стать. Не каждый, кто заваривает чай и наливает его в чашку, готовится идти Путем Чая, не каждый находит в этом напитке помощника в деле поиска смысла жизни. Если в моих жилах чая, наверное, теперь уже больше, чем крови, то это еще не означает, что остальным положена та же судьба.

Одинокий чайный листок может показаться таким маленьким, хрупким и слабым, но по сути он подобен благородному мужу, что облачен в одежды из грубой ткани, но в душе скрывает великие сокровища. Листья падают в воду, человек погружается в водоворот жизненных событий и страстей. Мы прихлебываем чай из чаши до тех пор, пока чаша не опустеет. Жизнь проверяет нас на прочность с момента рождения и до самой смерти.

Среди безликой толпы черты отдельного человека расплываются, теряются, упустишь из виду — не отыщешь; при дегустации чая трудно различить вкус каждого листочка, все они сливаются в едином потоке ощущения, которое дарит нам чаепитие. Но чайный лист никогда не растворяется в воде до конца, а вот человек порой теряет себя среди множества себе подобных. Там, где собирается множество чужих друг другу людей, сложно найти сочувствие и просто пасть духом. Но кто сумел переступить через себя и сделать шаг навстречу людям, посветить жизнь тому, чтобы сделать окружающий мир хоть чуть лучше, тот вправе считать прожитую им жизнь удавшимся чаепитием. Зиму сменяет весна и на веточках чайного куста свежие зеленые листочки сменяют прошлогодние;годы бегут, но если человек посвятил свою жизнь благородному делу, всегда найдется тот, кто примет его меч и продолжит идти по его пути.

Волшебство чайного листа заключается в том, что он прикосновением своим превращает воду в чудесный эликсир. Человек рождается чтобы прожить жизнь и обрести в ней свое место. Чайный лист растет, чтобы обратиться напитком. Ведь если не заваривать из него чай, не говорить о нем, не питать им дух и тело, не наслаждаться им, то к чему он тогда? Ничто не создавалось Небом без цели и предназначения, никто не приходил на эту землю просто так, кто обрел свой путь — счастлив, кто не обрел — несчастен. Человек был создан для того, чтобы жить, а чай — чтобы его пили и наслаждались им.

Октябрь..

Когда к человеку приходит желание изменить себя в лучшую сторону и он решается приступить к реализации этого намерения, он несомненно действует во благо собственного разума, так как совершенствование сопряжено с ростом знаний, во благо своих способностей и талантов, так как развивая себя,человек раскрывает их, а также во благо общества, ведь чем больше вокруг людей, стремящихся к вершинам познания и нравственности, тем более здоровым можно считать общество. Все, что сказал я — отнюдь не новость, всякий, кто умеет мыслить, знает это.

Начиная с самого рождения человек рвется вперед, он отдает множество сил своих, чтобы достигнуть высокого положения в обществе, окружить себя морем золота, толпами почитателей. Множество раз заваренный чайный лист постепенно теряет способность сообщать воде свой вкус и аромат, подобно ему и человек иссякает, так и не успев испробовать настоящего счастья, которое сквозь метель мирской суеты кажется таким недостижимым. Что сказать? Если в шаге от себя положить камень и ходить подле него широкими кругами, то нескоро до него дойдешь; если же идти к нему прямой дорогой, то можно и парой шагов обойтись. Над этими словами стоит задуматься.

Есть одна старинная мудрость, о которой я никогда не забываю. Она звучит примерно так: не пытайся добежать до последней черты, достигнуть верхнего предела, это бесполезно в силу того, что его просто не существует. Человеку всегда есть, куда стремиться, нужно помнить о том, что путь совершенствования не имеет конца.

Незабываемое ощущение, которое рождается во время дегустации чая, является целью всего чаепития. Такое тонкое удовольствие может подарить даже самый простой зеленый чай, который многим показался бы обыденным. Но вкус, при поверхностной пробе казавшийся непримечательным, на деле может иметь бесконечное количество граней, неощутимых в первом глотке. Я уже говорил о том, что пределов не существует. Как видите, нет предела глубине вкуса, нет конца пути к совершенству.

Человек мог бы без конца познавать тайны жизни, укрывающиеся в каждом вздохе ветра, солнечном луче, капле воды, но ежедневные заботы о благе собственной шкуры так отвлекают, что самое главное порой забывается и на долгие годы уходит в тень. Призраки земных благ окружают каждого, не всякий вовремя осознает тщетность погони за ними, не всякий находит силы радоваться тому, что имеет, не всякий обретает покой. В этом суетном мире чай остается волшебным эликсиром, способным открыть людям глаза на подлинную красоту вселенной. Это не просто отвар из листьев, а самое настоящее зелье десяти благ( о десяти добродетелях, свойственных чаю,говорилось в предыдущем очерке).

Я всегда считал, что умение правильно настаивать чай — большое искусство. Нужно выждать время так, чтобы напиток вышел не слишком густым, но и не чересчур слабым. Идеальный баланс достигается не так часто, но если отвар не так передержан, что оставляет сильную горечь, но и не так жидок, что не имеет выраженного вкуса, то его вполне можно пить.

Вкус чайного листа многогранен: десять разных людей в напитке, заваренном из одних листьев в одном чайнике, ощущают порой совершенно различный вкус. Само различие может быть и небольшим, но общее впечатление от этого меняется довольно сильно. Отчего так выходит? Лучшая из черт чая — его естественность, а естество, как мы знаем, изменчиво. Все течет, все изменяется — редкий человек не знает этой истины. Хитрость чая в том, что он сам по себе, казалось бы, не меняется, но его воздействие запускает процесс внутренней метаморфозы человека , помогая вновь обрести те кусочки его души, которые он обронил и потерял на пыльных дорогах собственной жизни;так возвращается естественность, так ищущее сердце обретает путь ко всем духовным благам. Именно в этом состоит обыкновенное чудо чайного напитка.

Такие необъятные понятия, как «гармония души и тела», «внутреннее спокойствие», удивительно легко умещаются в чайной чашке.

Путь чайного листа долог и изнурителен. Он проходит через жар сушки многократно, чтобы обрести те качества, которые делают его столь ценным. Не только качество листа, но и работа чайных мастеров дарят конечному продукту его исключительные свойства, стоит ли удивляться тому, что просят за него немало?

Чтобы получить чистое железо, кузнец должен простукивать заготовку великое множество раз, дабы удалить лишние примеси. Не менее кропотливым трудом является «ковка и отливка» вкуса чая. Если все работы сделаны от души и на совесть, то напиток, получившийся из листа, обработанного с таким трудом и любовью, не уступает по чистоте слезе, пролившейся из глаз самого Будды. Как так выходит? Говорят, что в основе чудес древности лежат маленькие секреты и простые знания — недурная мысль, верно?

Не раз приходилось мне получать весьма лестные отзывы о моих очерках, но я всецело считал, что все теплые слова и вся слава принадлежат не мне, а чайному напитку. Отпечаток высшего творения лежит на всем, что есть на Земле и в Небе, именно чай помогает человеку встать на путь постижения этого чуда.

Если бы в чае не было ничего особенного: ни вкуса, ни аромата, ни духовного содержания, можно было бы с таким же успехом пить воду. Особую привлекательность для разума и души имеет лишь то, что схоже с самой сутью жизни, в которой они каждодневно пребывают. Представляет интерес то малое, что позволяет понять великое. Будда созерцал тысячи существ, копошащихся в маленькой чаше, чтобы познать суть все живоего вокруг. Знания о чае, которые были получены за долгие годы и отшлифованы до блеска песками времени, хранит в себе древняя книга - «Чайный канон». Кто не ведает направления Пути Чая ушедших времен, как сможет направить свои шаги в дни нынешние? Он был извилист и ухабист и сто, и двести лет назад, кто столкнулся с этим впервые, не представляет порой, что кто-то уже стоял на том же перекрестке в дни седой древности. Мы не первые, кто живет на свете, но так часто забываем об этом. Чайный напиток благороден по сути, а человек может оказаться низким и в один из дней свернуть с истинного пути, отдаляясь от него шаг за шагом, ли за ли (ли — китайская мера длины около полукилометра).

Говорят, что все мысли и намерения чайного адепта во время чаепития стекают в его чайную чашу. Прелесть чая не всегда похожа на прелесть человеческой красоты, ведь весьма порядочная часть красоты человека — это приятная внешность, в то время как нутро подчас остается неоцененным и незамеченным. Привлекательность же чая таится в его вкусе и аромате, в содержании, которое, тем не менее, доступно всем. Глоток чая помогает почувствовать дыхание естества, понять простую, неподдельную красоту цветка. Воистину, чайный напиток может быть назван эликсиром истинной природы вещей, он вымывает из наших душ суетную пыль, возвращая сердцу, где вновь начинает царствовать искренность, воспоминания о тех днях, когда мы были невинны и чисты.

“Совершенно мудрый не трепещет перед трудностями и невзгодами, к любому сложному делу он относится как к простому, потому нет для него никаких трудностей». Эти строки из «Дао Дэ Цзин» также применимы и к тем, кто следует Путем Чая. Но дегустация чая — это лишь дегустация чая, а истинные чудеса Пути свершаются незаметно, в самой глубине человеческой души.

Чайный напиток имеет вкус, окружен ароматом и содержит в себе секрет лишь ему свойственного изящества. Чтобы высвободить этих трех прекрасных сестер, достаточно лишь облить кипятком листья чайного куста. Путь Чая ощущается под ногами в любой момент, когда только начинается чаепитие. Только приступив к завариванию, словно начинаешь взбираться на крутую гору, закончив колдовать над напитком, оказываешься на самой вершине. Наивысшая точка, пик чайной мистерии отражается в глубоких водах человеческой души, образуя своеобразный внутренний пейзаж. Последним его штрихом являются чайные капли готового напитка, подобные небесной росе. Как сказали бы ученые, ощущаешь себя как микрокосм и макрокосм. Окрыляющее чувство, возникающее после хорошего чаепития, может на долгое время поселиться в человеческом сердце,в этом состоит его особое волшебство.

В старину в высокогорном Тибете умели изготовить чай, который цветом был чище драгоценного алмаза, а вкус его был слаще сахара, в полной мере ощущался он лишь на высокогорных плато, среди бескрайних снегов. Как и все в этой стране, он имел свои секреты. К примеру, этот чай перед тем, как заваривать, следовало сперва ошпарить. Эта мера, применительно к большинству чаев, считается необязательной, но именно в этом случае без нее было никак не обойтись, иначе вкус чая мог остаться притупленным.

Влюбленный в таинство чайной мистерии торопится заварить чай, но именно после того, как горячие капли прольются на сухие листья, начинается скорбный процесс расставания с чаем. Глядя на то, как в последний раз окрашиваются яркими цветами листочки, вновь обретающие в последнем своем танце некогда присущую им живую пластичность, понимаешь, как безжалостна может быть красота и как горько истинное наслаждение. Чайный лист приносит свое земное тело в жертву, дабы мы, испив его соки, обрели покой. Лишь человек, способный перед лицом Естества скромно склонить голову, может обрести величие. Лишь тот, кто правильно определит свое место в огромном мире, сможет органично влиться в поток течения жизни.

Чаепитие — это маленькое испытание, своеобразный экзамен для воды, человеческого характера и человеческого сердца(подразумевается, что и то, и другое, и третье должны быть кристально чисты).

Говорят, что если сорвать листья с древнего чайного куста, который растет вот уже три тысячи лет, и заварить отвар, то по телу того, что осмелился глотнуть такого напитка, пробежит дрожь. Но удовольствие это слишком редко, чтобы стать прихотью гедониста. Эти листья и этот напиток заслуживают трепетного, почти религиозного отношения. Пять тысяч лет истории чайного дела не прошли даром, это промысел, заслуживающий глубочайшего уважения. Кто через сердце свое пропускает каждую каплю выпитого чая, душою пробует напиток, тот, следуя по пути великого Дао, познает естество во всем его многообразии, ведь не вырастет никогда двух неотличимых кустов, не родятся листочки без единого различия.

Искусство чайной церемонии рождается в самых сокровенных глубинах человеческого нутра. Произведения искусства имеет форму, Дао не имеет ее. Церемония умиротворяет тело, Дух Чая успокаивает душу. Изощренность формы склоняет голову перед простотой и искренностью содержания, сделанное по принуждению не приносит таких плодов как то, что исполнено по велению сердца, ни один искусный макияж не сравнится с природной красой. Тело и душа редко пребывают в единстве, то, что творится в сердце, нечасто отражается на лице. Чайный напиток — эликсир истины, так как делает движения духа наглядными. Путь Чая проходит через самую суть человеческого существа, суть человеческого существа — в его сердце, именно в его глубинах находится родник Дао.

Прелесть чая первого весеннего сбора сродни очарованию цветов, что появляются вскоре после ухода снегов: и то, и другое являет собой пример ускользающей красоты. Тот, кто сохранил воспоминания о всех четырех временах года, пережив и прочувствовав их, сможет в новую весну вновь насладиться весенним чаем. Если вздумаешь испить чаю на берегу реки, замечаешь, что сухие пылинки вода уносит на дно, по которому мы ходим ногами. Взгляни на белых цапель, что стоят на длинных своих ногах среди тины. Они словно отшельники, погруженные в себя, они — дети великого Естества и служат круговороту вещей.

Когда вода прибывает, мы отходим назад бежим от нее, когда вода отступает и ее не остается вовсе, нами овладевает уныние. Если нет даже воды, то что говорить о том, чтобы чаю выпить? Невозможность удовлетворить свои чаяния толкают нас на то, чтобы искать новые источники, способные напоить наши желания. Финалом же наших устремлений является не счастье, а опустошение. Когда цель достигнута, кажется, что идти более некуда. Кто бережно относится к чаю, должен быть обходительным и с водой. Чтобы верхние ветви дерева плодоносили, стоит заботиться о сохранности корней и ствола.

Чрезмерная любовь к себе проникает глубоко, разрушая основы нравственности человека, самовлюбленные, эгоистичные желания и устремления преступают законы, установленные высшей моралью. Стоит остерегаться такой любви и подобных чаяний, ведь Дао безлично, а Небо и Земля потому не знают смерти, что существуют не ради себя.

Путь Чая, принятый в Японии отличается выдвижением на первый план такого качества, как сдержанность, что похвально. Но чрезмерная сдержанность препятствует протеканию естественных метаморфоз. Просто смешав воду с чайным листом не приблизишься к совершенству естества, избегая познания Дао, невозможно понять суть вещей. Поток Дао неисчерпаем подобно водам источника, человек, как и чаша, в которую наливается чай, не беспределен. Человеческая жизнь конечна, знание же не имеет конца. Дары, преподносимые нам в каждой чашке чая, стоит принимать с почтением, каждый глоток находит, чем поделиться с человеком. Чтобы воспитать собственный характер, стоит чаще присматриваться к тому, как ведут себя окружающие.

Краса цветка в том разноцветье, коим окрасила его природа, прелесть чая — в аромате, который она же вдохнула в него. Природой восхищаются и восхваляют ее как мать всего сущего, но слишком многие теперь променяли отблеск далеких звезд на свет телеэкранов. Не лучше ли теплым вечером выйти из дома и зайти проведать близкого друга. Встретившись, усесться вместе где-нибудь на веранде, заварить чаю и развлекать друг друга беседой, поглядывая, как улыбается луна с темного небосвода, в такие моменты кратеры на ее поверхности кажутся ямочками в уголках ее губ. Потом налетает ветер, прихватив с собою отару облачков, с помощью воздушной шерсти, сдуваемой с их невесомых боков, он меняет небесный пейзаж до неузнаваемости. В городских стенах естество стало роскошью.

Когда настает лето и горячий воздух заполняет все вокруг, нет лучшего спасения от жары, чем охлажденный чай, несколько глотков, и вот уже будто кто-то запустил систему охлаждения прямо у Вас внутри. С каждым днем солнце припекает все жарче, земля становится все суше, нахождение в толпе все невыносимее, казалось бы, что можно сделать со всем этим с помощью одного лишь чая? Чем больше чая пьется в жару, тем более сдержанными и спокойными становятся люди, подобно тому, как вино нагнетает хмель, чайный напиток приносит лишь большую трезвость ума и суждения.

Лишь природа не дает человеку рухнуть в бездну, к самому краю которой он подошел добровольно. Великие реки (речь идет о Хуанхэ и Янцзы) являют собой большее сокровище, чем все золото мира, прелесть чая затмевает очарование красивых одежд. Человеческое сердце совершает в течение жизни тысячу метаморфоз, чайный лист за время церемонии совершает сотни превращений. За чашей чая начинаешь невольно задумываться о совершенном и содеянном, размышляешь о причинах своих поступков, о том, чего же больше в твоей жизни, истинного или ложного? Чай — одно из самых бесхитростных творений природы, чтобы принять его, достаточно лишь приоткрыть двери своего сердца. Чай — это напиток искренности, обнажающий чистоту или нечистоту наших помыслов. Не стесняйся заваривать его чаще, дорогой читатель. Но при всех его волшебных свойствах, помни, что и ему не под силу возродить тебя из мертвых, ведь тело человеческое похоже на уголь, а душа — на золу. Мы сгораем на закате жизни и ветер перемен раздувает последние остатки нашей сути. Каждая чашка чая подобна колодцу, ключи которого бьют в наших сердцах. Чтобы чай проник в тело, надобно открыть рот, чтобы дыхание чая проникло в душу, нужно открыть ему сердце. Мы оторваны от природы в обычной жизни, пыль суеты покрывает нас с ног до головы, чайный напиток же очищает наши души, вымывая из их недр все худое и наносное. Маленькая чашка чая порой помогает решить весьма большую проблему. Не стоит недооценивать чай, не стоит недооценивать самих себя.