История о чаепитии Великого Мастера и служителя муз Чжан Дая

 

В этой истории рассказывается о том, что участник чаепития может и не владеть искусством приготовления чая. Однако, в процессе употребления чая, значимую роль играет способность эстетической оценки. В этом деле очень важна утончённость окружающей обстановки, атмосфера глубокого покоя и уединения, самобытный колорит используемой утвари – её классическая простота и изысканное изящество, качество воды и завариваемого чая. И, безусловно, основной акцент здесь ставится на личностные качества человека: участник чаепития должен обладать выдержкой, внутренней культурой и иметь чувство прекрасного.

В конце правления династии Мин жил человек по имени Минь Вэньшуй. Он был широко знаменит и слыл настоящим мастером в искусстве заваривания чая. Из-за весьма почтенного возраста люди называли его Минь Лаоцзы – Старик Минь. Минь Вэньшуй родился в провинции Аньхой, но затем переселился в Фуцзянь и стал жить в горах Уишань. Когда в те места приезжали известные учёные, литераторы, знатные люди и какие-либо другие поклонники всего изящного, они обязательно навещали Минь Вэньшуя, даже если и не имели чести быть знакомым с ним. Все они были великими эстетами и мечтали попробовать прославленный чай Старика Миня.

Однажды провинцию Фуцзянь посетил любитель путешествий, театра, музыки, тонкий знаток чая и изысканных яств Чжан Дай. Он захотел нанести визит Минь Вэньшую, дабы выразить своё почтение великому мастеру. Старик Минь покинул своё жилище ранним утром и вернулся только к вечеру. Увидев Чжан Дая, не сказав ни слова, он снова вышел из дома, чтобы найти потерянный в дороге посох. Когда он возвратился, уже был поздний вечер. Гость по-прежнему его дожидался, и старик очень обрадовался. Он понял, что этот человек всей душой желал отведать превосходного чая, потому-то и приехал сюда. Минь Вэньшуй сам принёс котелок для варки чая, разогрел жаровню и мгновенно приготовил свежий настой – на это ушло одно лишь мгновение, такое же быстрое, как порыв сильного ветра и капли проливного дождя. Потом Старик Минь пригласил гостя зайти в дом. Комната была чисто убрана, на узком длинном столе были расставлены отличающийся классической простотой чайник работы мастеров из местечка Исин и маленькие фарфоровые чашечки из императорских гончарен. Благодаря исключительно превосходному качеству такие чашечки считались бесценными, их называли «тонкими фарфоровым лепестками, которые стоят тысячу золотых». В изящные чашечки хозяин налил душистый настой – заиграла влага серебристыми бликами, раздалось яркое, густое благоухание. Не раз удостоил гость этот чай самых высших похвал и всё время повторял, что это непревзойдённое совершенство. После разговора о самом чае, хозяин и гость стали обсуждать воду, которая использовалась для приготовления чая. Здесь была загадана новая загадка, но Чжан Дай великолепно с ней справился: он не только определил качество воды, но и уточнил, была ли она свежая или застоявшаяся. Минь Вэньшуй снова не смог сдержать своего удивления и тотчас принёс из жилой комнаты знаменитый чай Бай Цзи Гуань, чтобы угостить почтенного гостя. В ту историческую эпоху во время чаепития обязательно нужно было соблюдать одну традицию: если гость правильно описывал чайный вкус и аромат, раскрывая все характерные особенности напитка, хозяин должен был преподнести ему более хороший по качеству чай.

Вэньшуй налил гостю полную чашу и сказал: «Попробуйте-ка этот сорт». Чжан Дай ответил: «Яркий, насыщенный аромат и очень богатый, полный вкус. Это, верно, чай первого весеннего урожая, не так ли? А тот, что Вы заварили в самом начале, не иначе, как осенний чай». Минь Вэньшуй громко засмеялся и проговорил: «Мне уже семьдесят лет, и я умею давать самые точные оценки – в этом деле мне мастерства не занимать. Но даже мне не сравниться с дорогим гостем». С тех пор между ними завязалась дружба.